March 20th, 2021

Маротта

ПРОЦЕСС. ДЕЛО О ВЯЗАНКЕ ДРОВ

Первоначально размещено на Стоп Томинский ГОК. Вы можете оставить комментарии здесь или там.

ПРОЦЕСС. ДЕЛО О ВЯЗАНКЕ ДРОВ

Гамиль Асатуллин:
«Поджог на поляне у Томинского ГОКа. Судебное заседание 9 марта 2021 года. Прения сторон. Часть 2.

9 марта состоялось заседание, на котором были дослушаны аудиозаписи сделанные агентом правоохренителей Медведевым. Поскольку добыты эти записи с нарушением норм права, то я считаю их недопустимыми доказательствами. Посмотрим, как их оценит судья, если примет их в качестве доказательств, значит он заряжен на обвинительный приговор с самого начала, если нет, то можно говорить о его порядочности и следованию закону, а не чьим-то хотелкам.

Ну так вот, братцы. К прениям.
Первой выступила адвокат Медведева Аскарова. Заявила она вкратце следующее: «Медведев частично признал свою вину, не доставлял к месту хранения ни зажигательную смесь, ни доски с гвоздями, ни простыни с ругательными угрожающими надписями, даже не инициировал мероприятие поджога... в действительности Медведев стал невольным участником произошедших событий… случайно сохранившиеся записи некоторых разговоров с Московцом (настолько случайно, что были аккуратно записаны на флешку и заботливо хранились в ящике комода), свидетельствуют об истинном отношении Московца к людям, которые шли за ним и верили в правильность его поведения... Асатуллин изготовил зажигательную смесь (а вот здесь полиграф, который проходил Медведев указал, что именно он это делал), доски и транспаранты, о чем Медведев не подозревал... версия о провокации со стороны Медведева и полиции придумана с целью переложить всю вину на Медведева, который только присутствовал при указанных событиях (ну да, ну да), но не осуществлял ни подготовку, не поджигал, как Асатуллин (только зажигалку передал), не организовывал это мероприятие, как Московец, а только шёл за идейными вдохновителями... считаю, что наличие состава инкриминируемого деяния в действиях Асатуллина и Московца подтверждены материалами дела, а Медведев является добросовестным гражданином, который после произошедшего, осознав противоправность действий и преступные намерения Московца и Асатуллина способствовал раскрытию и расследованию уголовного дела (написал в октябре донос на Московца, а следователь послал его, сказав, что Московец не виновен), не скрывался (да, но и не пришёл добровольно и не сдался), не отказывался от дачи показаний и в отличие от Московца и Асатуллина рассказывал все искренне (ага, настолько, что пришлось зачитывать все его показания, именно все, так как они разнились из раза в раз) без преувеличений и голословных обвинений... прошу учесть добровольную выдачу сохранившихся аудиозаписей, дачу показаний, отсутствие признаков преступных деяний и оправдать (ты признал вину, какое оправдание?)». А, ну такая договорённость с полицаями была изначально, понятно же. Ведь не зря же он был в статусе подозреваемого аж полгода.

Далее выступила адвокат Московца Лепёхина Ольга Николаевна. Здесь буду краток. Так как здесь всё просто.
Первое. Следователь Чепрасов, который вёл наше дело, уже выносил постановление об отказе в возбуждении в отношении Московца дела по факту подстрекательства после доноса Медведева в октябре 2018 года.
Второе. Все эксперты МВД и независимые заявили, что Московец не подстрекал, не склонял и не уговаривал совершить поджог. Всё. Точка.

Со мной, конечно, сложнее.
Лирическое отступление. Знаете, меня всегда поражала память моего защитника Лепёхина Андрея Геннадьевича. Пару раз он ставил меня в тупик своими вопросами касательно моего дела. Говорил, что вот в таком томе есть такой документ, там то-то. А ведь я не один у него такой. Я стоял и хлопал глазами. Почему? Да блин, мне казалось, что я изучил своё дело досконально, до сих пор некоторые страницы помню до запятой, даже фамилии понятых помню, а тут бац и такой конфуз! Стою, и ответить не могу. Адвокат классный конечно… А теперь вкратце и его речь на прениях, та часть, которая касается обвинения меня по ч.2 ст.213 УК РФ – Хулиганство.

«Бездоказательно указано, что площадка была общественным местом и строительной площадкой... с места, где был совершён поджог, не было видно будки охранников, техники… не было заметно присутствия людей т.е. место выглядело безлюдно... все свидетели заявили, что эта площадка выглядела на момент поджога безлюдной... в осмотрах не отражено ни ограждения, ни будки, ни предупреждающих табличек вокруг площадки... при этом площадка самого ГОКа тогда уже была огорожена по периметру. На том ограждении как раз и были предупреждающие надписи о принадлежности территории. Сотрудники полиции заставили охранников сидеть тихо и выключить свет, отключить генератор, не совершать обходы и объезды на квадроциклах. Полицаи ещё больше придали поляне в лесу вид безлюдного и неохраняемого места. Площадка, вообще, относилась к землям сельхозназначения, на которых не может вестись какое-либо строительство.

Архипова, юрист ГОКа, пояснила, что на этой площадке никакого объекта не построено. Сама площадка даже не была согласована с Росимуществом под складирование, как того требует договор аренды лесного участка. Нет ни одного доказательства, что Асатуллин был на этой площадке до совершения поджога. Не представлено доказательств, что Асатуллин видел или знал о будке. Обвинением так и не представлено доказательств того, что площадка являлась строительной площадкой (там до сих пор просто поляна в лесу, фото я неоднократно выкладывал). То есть данная площадка не отвечает критериям общественного места, таким образом Асатуллин не знал о том, что, поджигая древесину, он тем самым нарушает общественный порядок в охраняемом работниками частной охраны или полицией общественном месте… Указано, что Асатуллин действовал из хулиганских побуждений. Но Асатуллин с первого дня заявлял о том, что им двигала личная неприязнь к руководству ГОКа , охране и полиции, а не хулиганские побуждения. Он хотел причинить ущерб ГОКу, пусть незначительный, только чтобы показать руководству ГОКа, что их действиями здесь недовольны. Сотрудники ГОКа вели себя нагло и бесцеремонно, активистов не пускали на общественные слушания, заполняя зал привезенными молодежью, охранниками… полиция не вмешивалась, показывая, что на стороне ГОКа, на митингах появлялись молодые люди устраивавшие провокации, мешали проведению акции, полиция их не задерживала, к ответственности не привлекала. Охранники не давали проезжать по дорогами общего пользования и лесам. Асатуллин прямо сказал, что считает такие действия насаждением колониальных феодальных порядков в демократической стране ( а вы как думаете, что это, когда частный охранник перегораживает дорогу общего пользования и требует предъявить паспорт с пропиской в деревне Калинино и не пускает, если её нет?).

Медведев предложил совершить поджог, как акт возмездия за эти указанные действия. Со стороны Асатуллина это был жест отчаяния, он поддался на уговоры Медведева, так как просто хотел отомстить ГОКу и его охранникам. Мотив не хулиганский, а неприязнь и желание причинить ущерб конкретному предприятию за конкретные действия.
Обвинение не приводит никаких отличительных признаков вменённого уголовно наказуемого хулиганства от мелкого административно наказуемого хулиганства. Последнее как раз и связано с уничтожением и повреждением имущества. Отсутствие в речи гособвинителя таких отличительных признаков также свидетельствует о том, что Асатуллин не совершал уголовного преступления. Не было и предварительного сговора в ночь на 11.09.17. Асатуллин и сам не знал до последнего момента, куда его приведет в ту ночь Медведев (это правда, Медведев шёл впереди, сознательно ведя меня в засаду). До того момента они там вместе не были, как и сказал Медведев на очной ставке.

Поджог нельзя считать хулиганством по выше описанным причинам. Если поджог не был хулиганством в общественном месте, не был нарушением общественного порядка, не был связан с хулиганским мотивом то, полагаю, что нельзя квалифицировать действия Асатуллина как хулиганство, связанное ещё и с сопротивлением. Так как не было самого хулиганства. Нет сопротивления лицу исполняющему обязанности по охране общественного порядка или пресекающих такое нарушение. На момент задержания и выстрела действия Асатуллина по поджогу уже закончились. Полиция там была с целью задержать Асатуллина, а не пресечь правонарушение (именно так дословно и сказал сотрудник ОМОНа – Трейдин). Пресечь то, что уже закончилось, нельзя. А действия полиции в ту ночь это уже действия полиции по задержанию лица уже закончившего правонарушение, но никак не действия лиц пресекающих правонарушения. Таким образом, действия, которые были признаны как хулиганство, были окончены до появление сотрудников полиции.

Трейдин заявил, что указанные лица действия по поджогу завершили, после этого побежали. К тому же прокурор Лопин ещё на стадии следствия в своём постановлении написал, что нет в этом деле сопротивления и это постановление никем не отменено. Следователи СК в нарушение УПК его проигнорировали. Прямо в противоречие с этим постановлением они решили вернуть его в другой орган, сами определили иную подследственность, не ту, которую указал прокурор и указали этот квалифицирующий признак – сопротивление, а следователь МВД пошёл у них на поводу и вменил этот признак. Таким образом, только из-за ошибки следователя СК дело получило эту квалификацию связанную с сопротивлением. Этот признак при аналогичных случаях в судебной практике исключается. В постановлении Верховного Суда №45 от 2007 года говорится, что квалифицировать виновно такие деяния нужно, только если оно совершено непосредственно во время совершения уголовно наказуемых хулиганских действий, в противном случае это следует квалифицировать по совокупности по ч.1 ст.213 или по особой части, например ст. 318 - Применение насилия в отношении представителя власти. Сами полицейские находились там не для охраны общественного порядка, а для содержания лиц, для захвата.

Полиция проводила оперативно-розыскное мероприятие – «Наблюдение». Полиция не пыталась предотвратить или пресечь нарушение общественного порядка, наоборот они ждали в засаде когда действия будут совершены, чтобы взять человека с поличным, именно поэтому охранникам приказали не высовываться, не ходить с обходами. Следователь СК также подтверждает, что нет доказательств того, что Асатуллин выстрелил намеренно, что он и обосновал в своем постановлении об отказе в возбуждении дела по ст.318. Таким образом, действия Асатуллина неверно и необоснованно, бездоказательно квалифицированы, как хулиганство. В его действиях отсутствует состав уголовно наказуемого хулиганства».

От себя добавлю.
В обвинении указано, что охранники Карпов и Новаковский являлись «иными лицами осуществляющими охрану общественного порядка», но это не так. В силу положений Закона «О частной детективной и охранной деятельности» охранники могут привлекаться к охране общественного порядка, но только по предписанию МВД для охраны праздников, концертов, ярмарок, соревнований, т.е. общественных мероприятий. Также МВД обязано заключить соглашение, в случае если хочет, чтобы охранники охраняли общественный порядок на территории охраняемого объекта или вокруг него. Но такого соглашения не было. Следовательно, оба охранника, находясь на посту в разрыве колючей проволоки, осуществляли пропускной режим и охраняли имущество собственника – ГОКа, оборудование, технику, здания и т.д. Но никак не общественный порядок. Так что и здесь следствие показало свою правовую безграмотность, предвзятость и халатность.

По окончании наших выступлении прокурор выступил с репликой касательно записей сделанных агентом полиции Медведевым, мол, дескать мы выдёргиваем фразы из контекста в оправдание своей позиции и при прослушивании записи целиком, вина обвиняемых очевидна. Чё, блин? Мы не выдёргивали из контекста, а цитировали дословно выводы экспертов МВД, экспертов, которых обвинение само назначило и они говорят, что ни уговоров, ни подстрекательства, ни приказов к совершению поджога не было. Мало того, инициатива исходила от Медведева. Это ваши эксперты!

Правильно я понял, что прокурор обвинил экспертов МВД в том, что они не слушали записи, а пользовались только письменными расшифровками? Ну, так в частной беседе и выскажи им это. Если это не упрёк своим экспертам, тогда зачем ты сказал это? Иди ты к чёрту вообще.

Адвокат Медведева посетовала, что к ней негативно относятся обвиняемые и адвокаты Асатуллина и Московца. Ну, а что вы ждали, защищая Иуду?

И ещё. Свою речь я не привожу, так как это был экспромт, импровизация. Может вы не знаете, но за несколько дней до этого заседания у меня пропали все файлы судебного процесса, в том числе и текст прений. Восстановить удалось не всё. Поэтому говорил по большей части по памяти.

Далее были последние слова. Где я сказал, в том числе следующее: «И по большому счёту мне, возможно, даже немного жалко прокурора (тут он начал хихикать почему-то), которому пришлось выслушать все железобетонные аргументы защиты, которые он не смог опровергнуть».
А, вообще, по большому счёту, не охота было особо готовить речь для суда Сосновского района, района, администрация которого, прокуратура и полиция полностью подмяты под себя иностранной компанией РМК.
До встречи на приговоре 29 марта 2021 года.

P.S. На фото день, когда я познакомился с движением СТОПГОК. Я пришёл на собрание и как участник инициативной группы против уничтожения леса на ул. Набережная предложил провести совместный митинг 10 сентября, за три дня до выборов в ЗСО Челябинской области».

#СтопГОК